Воспоминание Городилиной Тамары Ивановны о своей родне

Мне было около 4-х лет. Мы сидим с дедушкой Осипом за столом и собираемся пить чай. Розоватое лицо дедушки украшали белые пушистые волосы на голове и белая тоже пушистая борода. Большие руки с шишковатыми пальцами. Одет дедушка в яркую светло-коричневую шубу. Он только что наколол сахар на мелкие кусочки сахарными щипцами. Тогда сахар еще продавался большими кусками конусной формы, завернутый в яркую синюю бумагу и назывался «головой».

Дедушка осторожно наливал горячий чай из чашки в блюдечко. Потом  как-то ловко держа пальцами левой руки это блюдечко с чаем, правой рукой брал малюсенький кусочек сахара, осторожно клал его в рот и запивал горячим чаем из блюдечка.

Он давно был вдовцом – бабушка умерла в 1916 году, а сейчас шел 1935 год. Фамилия их была Красновы – Феодосия Николаевна и Осип Ильич. Жили они в деревне Бренево, Лотошинского района, Московской области. У них было много детей. Осталось в живых и стали взрослыми только 8 человек, а родилось 17 детей. Моя мама Анна была 17-й самой младшей.

Старший сын Григорий Осипович. Мне известно, что он работал при железной дороге, а в последнее время, пожилым, он работал на Курском вокзале в камере хранения.

В посёлке Никольском на одноименной станции железной дороги с Курского вокзала, Григорий получил участок земли и построил сначала времянку, а потом и небольшой домик. Еще живя в деревне Бренево, он женился на Наталье Егоровне, которая хорошо шила и какое-то время обшивала семью и гордилась своим умением.

В Никольском Наталья Егоровна разумно, красиво и гостеприимно вела дом, а Григорий Осипович умело содержал сад. Помню в конце участка, где было самое освещенное место, росла малина. Площадка под кустики малины примерно 6 на 5 метров, а может быть 5х4м. Кустиков немного, но они были с небольшим количеством листвы, аккуратно привязаны к крепким колышкам, плотно вколоченным в землю высотой над землёй примерно по плечо. Получалось – веточки с ягодами свободно размещались над колышком всегда освещенные солнышком. Ягоды крупные, сочные, быстро созревали,  и их было много. У дома росли гладиолусы  и георгины. Перед домом, который окнами смотрел на улицу, была большая клумба флоксов – белых с чуть заметным бардовым оттенком в центре цветка.  Божественный ­аромат их сливался с праздничным  гудением десятков зелёных жуков – бронзовиков. Немного правее, напротив террасы рос большой важный каштан. Саму террасу оплетал дикий виноград.

В саду были яблони и вишневые деревья, кусты черной смородины,  но всё умеренно и всё ухожено.

В доме  тоже была идеальная чистота. В верхнем правом углу большой комнаты, разместились несколько икон, накрытых белоснежным полотенцем с вышивкой. В праздники у икон всегда зажигались лампадки красного и зеленого цвета. Они особенно загадочно мерцали в ночи.

Помню, как мы с мамой приехали к ним на праздник «Николу». Был сильный мороз – снег под валенками при каждом шаге похрустывал.

Огромные дубы и липы были покрыты инеем. Графика могучих деревьев и садовых кустов в снегу воспринималась как сказка. Нас приняли радостно и Григорий Осипович с Натальей Егоровной и их сын Николай Григорьевич со своей женой Зинаидой Тимофеевной. Младший брат Александр еще служил в армии. Позже он попадет на финскую бойню и там погибнет. А пока всё было хорошо. Меня переобули в теплую обувь и посадили к тёплой печке. Мне дали в руки огромный (как мне казалось) апельсин. Я его держала двумя руками и не знала, что с ним делать. Конечно, это запомнилось навсегда!

В 1948 году был страшный случай. Ночью пришли грабители. Загнали в подпол, Григория Осиповича, Наталью Егоровну и тётю Зину и заперли там. Днём, им как-то повезло, они открылись и выбрались. Но этот случай не прошел бесследно. Позже случилось самое страшное, Григорий Осипович не выдержал переживаний, серьёзно заболел и вскоре умер.

Но жизнь продолжалась со всеми заботами. Наталья Егоровна дом вела, как и прежде. Умудрялась раз в год собирать родных с застольем, с рассказами и шутками. Поддерживала красоту и чистоту дома и сада.

Появились и выросли  внучка Тамара Николаевна, ставшая инженером и внук Борис Николаевич будущий офицер. Бабушка не дождалась правнуков.

У Григория Осиповича был брат Герасим Осипович. Став взрослым, он уехал в Москву, занялся выведением цветов в оранжереях. Особой крепкой связи у мамы моей, самой младшей сестрой, с семьёй брата Герасима  не было. Герасим женился на Елизавете Петровне. Помню, мы приезжали к ним в гости. Они жили в районе Новых Домов, это в начале шоссе Энтузиастов. У них была маленькая квартирка. Мы были в одной комнате, где был стол, накрытый белой скатертью, несколько витых «венских» стульев и много фикусов выше человеческого роста. Герасим разговаривал достаточно громким голосом, от чего мне казалось, что он чем-то не доволен. У них был сын Николай – служил он в армии в Ташкенте. Там он встретил свою подругу жизни – Машу. Вернулся домой уже вдвоем. Свекровь холодно встретила невестку и тем более не хотела внуков. Но родилась Наташа, которая стала любимой внучкой, особенно когда не стало Герасима Осиповича. Хотя мы несколько раз встречались с Николаем и Машей в Никольском, но крепкой связи так и не возникло.

А еще у Григория и Герасима была сестра Мария Осиповна.

Она была большая труженица. Она распахивала землю.  Работа на поле и с лошадьми, очень заботилась о большой семье, и это не позволяло ей расслабляться. В 1916 году, когда в 54 года умерла бабушка Феодосия Николаевна – их мама – моей маме было 8 лет, Андрею -11 лет, Петру -13, Ивану -15 – много молодых и неразумных ребят. Взрослые же, Григорий и Герасим, видимо, уже собрались в Москву.  Нужно кормить семью, хозяйство натуральное – пахать, сеять, собирать и обрабатывать урожай, и, конечно, Марии Осиповне пришлось потрудиться. У Марии Осиповны был жених – Павел, который погиб в первую мировую войну. С тех  пор она жила не для себя, а для других. Прежде всего, она беспокоилась о младшей сестре Нюше (Анне).

Четвертый брат Иван Осипович уехал из деревни в подмосковный городок Подольск. Там он нашел свою спутницу Дуню – Евдокию, с которой переселился в Москву с двумя дочками Еленой и Анютой. Насколько я запомнила, он всегда был в поисках работы. Иван Осипович был призван в армию в самом начале войны в 1941 году. Вскоре  связь с ним была потеряна – так его не стало, а семья его жила очень трудно: шла война – голод. Дуня работала на меховой фабрике. Желая накормить детей, соблазнилась на шкурку. Её заметили, осудили, и она навсегда бесследно исчезла в лагерях. Девочек поддерживали тётушки со стороны матери – Катя, а со стороны отца тётя Нюра – моя мама, которая к тому времени осталась вдовой второй раз с тремя малолетними детьми: 9-ти, 4-х лет и младенцем 41 года рождения. Елена и Анюта часто бывали у нас. Мама учила их штопать и следить за опрятностью и целостностью своей одежды. Было видно, что они радовались встреча. Позже Елена и Анюта вышли замуж и у них родись дочери: Наташа и Юля. В 1994-95 годах Елена и Анюта умерли.

Пятый брат Петр Осипович оставался жить в Бреневе в семейной избе Красновых,  из которой все разлетелись, и доживал Осип Ильич. Петр встретил свою половинку – Просковью Сегеевну и остался жить в этом доме. К себе в дом он взял жить и отца Просковьи. У них был умный, добрый сын Василий, очень похожий на отца, веселая добрая дочь Нина и забавный мальчуган Александр, который всех радовал. Перед войной ему было 2,5 года.  До призыва в армию Петр работал в колхозе бригадиром.

В конце 1941 года немцы после ожесточённых боёв с переходом несколько раз из рук в руки всё-таки  оккупировали деревню Бренево. Во время боёв Прасковья с Васей и Ниной разъединились с дедушкой и Сашей, а родовой дом Красновых 19 века во время боев сгорел дотла. Дедушка с внуком оказался на улице. Были сильные морозы. Когда дедушку смертельно ранили, он не сумел спрятать ни себя, ни маленького Сашу. Оба они замерзли.

Сын Василий Петрович в 10-летнем возрасте начал работать в колхозе, надо было содержать семью, одновременно учился. Учился хорошо, и его отпустили из колхоза в Москву для поступления в железнодорожное училище. Окончив училище, он стал сначала помощником, а потом и машинистом паровоза и тепловоза. Всю жизнь он отдал этой профессии. Выйдя на пенсию, тяжело неизлечимо болел. В начале 20-века его не стало. Был у него сын – внук Петра Осиповича – Александр – водитель легковой машины, очень влюбчивый, доверчивый и добрый. Его, к сожалению тоже не стало. Но есть правнук Павел Александрович Краснов – с высшим образованием, добрый и деловой человек. Дай Бог ему здоровья, удачи и дальше, он бережет свою бабушку Марию Артемьевну – вдову Василия Петровича.

Когда началась Великая Отечественная Война Петра Осиповича, как и многих односельчан пожилого возраста от призыва в армию освободили для уборки урожая. После уборки, Петра, как и многих крестьян, призвали для защиты подступов к Москве. Долго про него ничего не было известно. На запросы отвечали «пропал без вести».

Только спустя 65 лет, работая на компьютере, мы нашли сайт «Книга памяти», из которой узнали страшную весть о Петре Осиповиче. Из сайта «Книга памяти» удалось выяснить, что он попал в плен к немцам 5 октября 1941 года, был в концлагере и выполнял полевые работы. Насколько тяжело ему было в концлагере можно почувствовать, глядя на фото его лагерной таблицы. Видно, что он худой изможденный мученической смертью ушел из жизни и был где-то погребен на территории лагеря. В «Книге памяти» помещена подробная лагерная карточка,  выполненная с немецкой точностью, где указываются все жизненные данные. Имеется нательная фотография с его лагерным номером с веревкой на шее. В один миг радость иметь фото дяди Пети превратилась в горестную муку, видя страдания человека. Господи упокой его добрейшую душу!

Я помню лето 1941 гола, когда мы с мамой приехали к нему в Бренево. Это было солнечное прекрасное лето, время уборки урожая. Урожай хороший и он нужен фронту. Работа в поле была бешеная. Но ни кто не ожидал, что война будет такой жестокой и очень долгой. Работали весело и радостно.

Петр Осипович был колхозным бригадиром и его оставили  от призыва в армию до окончания уборки  урожая. Все были уверены, что война продлится недолго. Поэтому радость и от хорошего урожая и от дружной уборки хлеба, проглядывалась в лицах взрослых. А нам глупым детям вообще было весело….А через полгода – бой, пожары, беженцы, раненые и неимоверные трудности жизни. Никто и никогда не смог предположить того, что могло случиться с добрым, внимательным, любящем мужем и отцом, хорошим и активным работником – просто красивым человеком!

У дочери Петра Осиповича Нины Петровны добрые дети: дочь Татьяна и сын Андрей. А у Татьяны тоже сын и дочь. Все они милые приятные люди. Жаль только по разным причинам, мы не очень связаны друг с другом.

Шестой брат Андрей Осипович тоже уехал в Москву вместе со своей избранницей Анной Петровной Соловёвой, у которой был сын от первого брака – Александр (Шурик). Андрей Осипович усыновил Шурика, оставив ему фамилию жены. Они жили очень дружно. Любили устраивать встречи со своими родственниками. Напротив наших окон через речку был лужок, где они и собирались, говорили тосты, ели, шутили и пели песни. Мне очень нравилось, а мама и тётя Маня не одобряли эти веселья. Позже Андрею Осиповичу эти тосты начали портить жизнь, и ему иногда крепко доставалось от жены, хотя жили они так же дружно. Андрей жил с Анной и Шуриком в деревянном домике в Измайлове: 4-й проезд Измайловского зверинца. Неофициально это место называлось «Блиновка» или «Блинова дача». Известно, что когда-то там был свечной завод.  А во времена царя Алексея Михайловича в этом районе (рядом с селом Измайлово) в 1660-х годы был основан зверинец (Звериный двор). Он находился к западу от дворца и был населен разными зверями и птицами, первоначально созданный для охотничьих забав. С тех пор прошло несколько веков и всё изменилось до неузнаваемости, а слава осталась.

Андрей Осипович был взят в армию с самого начала войны. Был ранен очень неудачно – прострел правой руки. Такое ранение часто приписывали к самострелу. Став инвалидом он постоянно страдал от косых взглядов.

Сын Александр был трудолюбив, заканчивая школу имел хорошее спортивное воспитание (плавание, бокс). Любил рисовать масляными красками. После возвращения с фронта отца инвалида Александр, вставал на его защиту от различных нападок недоброжелателей.

Положение в Москве и области в конце1941 начале 1942 гг  было очень напряженное. Фашисты засылали в столицу много провокаторов и шпионов. Специальные службы старались обезвредить столицу от всех подозрительных, причем, иногда задерживали ни в чём не повинных людей. Так в конце 41-го года был задержан «за разговор» в трамвае сын Андрея Осиповича – Александр. После осуждения Александр  настойчиво подавал прошения и добился того, чтобы его отправили на фронт. Во время боев красноармеец Александр проявил мужество,  храбрость и был замечен командованием.  Вскоре он оказался ординарцем (вестовым) генерала Ивана Христофоровича Баграмяна, командующего оперативным корпусом. В конце Великой Отечественной войны И.Х.Баграмян – Маршал бронетанковых войск, дважды Герой Советского Союза.  Александр Соловьёв не рассказывал, как был замечен генералом Баграмяном, который перевел его порученцем при себе.

Однако война никого не бережет. Александр остался жив, но его ранило в ногу. Ногу ампутировали, и он тоже вернулся домой инвалидом. Это Андрею Осиповичу было трудно переносить. Видимо в это время довоенные «тосты» друзей начали губить его доброе сердце. В 1948 году его не стало.

Александр Соловьёв по возвращении домой, из госпиталя, не опустил руки, а начал работать мастером по пошиву красивой женской обуви. В 1946 году он женился на красавице Лидочке. Обладая хорошим голосом, выступал в самодеятельности – очень красиво пел, что-то по Лемешевски. Его часто называли не по имени, а «Соловей». Вырастил замечательных трех дочерей – Надежду, Веру и Любовь. Тяжелая болезнь укоротила его жизнь.

А еще у всех братьев была младшая сестра Анна Осиповна. Говорили, что моя мама была очень похожа на свою маму Феодосию Николаевну.

В 1929 году мама вышла замуж за Захарова Ивана Васильевича и они решили уехать в Москву. Надо было искать жильё.

Жилья своего в Москве у молодых не было, и брат Анны Осиповны, Андрей предложил им временно обустраиваться у него в Измайлово, где он жил со своей семьей. Андрей предложил им для жилья небольшую кладовку – комнатку в одноэтажном деревянном доме, где жил сам на берегу речки Северянки. Здесь в 1932 году родилась Тамара. Вскоре Иван Васильевич совместно с братом Николаем из кладовки сделали небольшую пристройку к дому.  Пристройку из маленькой комнатки отец делал из досок с засыпкой стен сухими листьями с хвойным игольником. Снаружи стену обивали длинными деревянными рейками. После просушки стены замазали в несколько слоёв глиной. Внизу стены от земли сделали толстую и прочную завалинку. Положили пол и накрыли крышу.  В стене сделали два окошка и получились две комнатки! Это отцу чудом удалось, а пожить ему в домике не пришлось. Он заболел малярией. Но тогда была «модная» болезнь тиф. Поэтому его и начали лечить от тифа, а не от малярии, потеряли время и в 4 дня его не стало. Он  умер 4 августа 1936 года,  за два дня, до моего дня рождения. Лето кончалось, пошли дожди, приближалась зима. Печь теплую кормилицу поставили уже без отца.

Считалось, что Феодосия Николаевна примерно 1862 года рождения была «шпитонок», т.е. воспитанница в чужой семье, а может и подкидыш. Была она трудолюбивой, доброй и заботливой. Её не стало в 54 года, когда маме было 8 лет. Самые младшие в семье моя мама-Анна и брат её Андрей часто вместе проказничали, за что их часто называли «Нюша и Андрюша». Мама рассказывала, что она любила кататься верхом на лошадях. На всю жизнь осталась у неё на ноге памятка от лошадиного копыта.

Закончила мама 3 класса церковно-приходской школы и конечно не раз стояла на горохе. Дома торопили её окончить школу: нужно было прясть, ткать. Хозяйство было натуральное: хлеб растили, выращивали овощи. Держали двух лошадей, двух коров, овец, поросят, кур и конечно выращивали лен – вот его-то и пряли и ткали. И более всех доставалось моей маме. У меня сохранился холст, который мама «пряла его и ткала» собственными руками, Я сумела вышить личные салфетки из маминого холста. А были ещё отбеленные  холщевые полотенца для лица с кружевами на концах. Всё моё раннее детство я вытиралась такими полотенцами после умывания.

Мама вышла замуж, наверное, в 19-20 лет. Мой отец жил в соседней деревне Гаврилово в 4-х километрах от Бренева. Они рано знали друг друга, а чувства возникли позже. Мама уехала в Москву, чтобы пойти работать в «люди».

Она попробовала работать няней  в еврейской семье, где была маленькая девочка по имени Тамарочка. Наверное, эта девочка очень нравилась молодой Аннушке, так как она потом назвала свою дочку Тамарой. Потом она поступила работать тоже няней в большую интеллигентную семью к маленькой девочке «Пуси».

Хозяин дома, кажется, по фамилии Флеров – крупный инженер химик. Помню, как мы с мамой приехали к ним. Было лето. Село Всесвятское в районе будущего метро Аэропорт. Дом хозяев был расположен в большом саду. Хозяйка, уже не очень молодая женщина, встретила нас радостно, ласково – поцеловала маме руку и повела нас в дом. Помню, она достала из большого шкафа книгу, которую написал её муж – хозяин дома. А «Пуси» не было, она с родителями уехала за границу. Потом нас усадили за большой стол с белой скатертью и предложили угощения. Хозяйка и мама моя много и улыбчиво переговаривались. Мне всё очень нравилось: и стол с белой скатертью, и большая светлая комната, и окна с занавесками и цветами, и разные вкусности, которыми меня угощали. Но я была очень смущена. Сын хозяйки, молодой мужчина посмотрел на меня и почему-то подмигнул мне. Я ещё больше застеснялась.

Мама рассказывала, что эта семья много ей дала для жизни: умение себя держать, разговаривать, ценить честность и правдивость, уважать книги и любить трудиться, ухаживать за собой, содержать семью и дом. Мама говорила, что кроме неё в доме ещё работало несколько человек, т.е. семья была состоятельная, но хозяйка часто маленькие дырочки на одежде сама штопала и не считала это позором. В саду у них были ульи, и в доме был собственный мёд. Фруктовые деревья сада давали яблоки, груши, сливы, а кустарники – ягоды. Наверное, там, на участке, были и овощные культуры. Сохранилось несколько фотографий, в том числе мама в саду с хозяйкой.

В 29-30-м годах, во время голода, мама работала в столовой. Мыла посуду и выносила отходы кухни. Мама говорила, когда она выносила ведро с отходами, то её встречала толпа голодных людей, которые набрасывались на выносимое и тут же горстями поглощали всё из ведер.

У братьев и мамы была старшая сестра – Мария Осиповна. Мы дети звали её тетя  Маня.

Мария Осиповна была старше своей младшей сестры Анны на 16 лет и была её крёстной. Мама и звала её всю жизнь «Крёсна». К 1935 году  семья Красновых в Бреневе уменьшилась после отъезда в Москву старших братьев. В доме оставались состарившиеся Осип Ильич, его сын Петр с семьей: женой Просковьей и маленьким сыном Василием 1931 года рождения. Забот у Марии Осиповны уменьшилось,  и она стала нянчить племянника. А тут ещё  и меня 3-летнюю привезли. Помню как вечером зажженная керосиновая лампа, украшенная, стеклянным абажуром с длинными висюльками, освещала комнату. Стеклянные трубочки поблёскивали, но и давали легкую полосатую тень. За столом сидело много близких людей, пили молоко из сине-белых чашек и что-то ещё ели. Было как то полосато уютно и добро. И я сидела – как все, на коленях у мамы.

Помню, как тётя Маня  укладывала спать меня и Васю на деревянной лавке вдоль стены. Нас положили каждого на свою подушку голова к голове, а ноги в другую сторону, Тётя Маня, укладывая нас, приговаривала какие мы хорошие, и сейчас же  быстро уснём, а она нас по баюкает, споёт нам песенку про волчка. Для меня «Волчёк серенький» была чудесная сказка. Я всё пыталась представить по – настоящему в цвете «Волчка»- такого солнечного, хорошенького! Какой тут сон? Только помечтать! И я ворочалась, и невозможно было удержать глаза закрытыми. Тёте Мане недоедало это бесконечное убаюкивание, и она начинала сердиться! Какое безобразие! Вася уже засыпает – он молодец!  Он сто сот и пуговица стоит, а ты и пуговицы не стоишь. Мне было не понятно, почему это так? И что это такое «сто – сот»?

А потом тётя Маня приехала к нам в Москву, помочь маме посидеть со мной. Мама уходила на работу и тётя Маня меня после сна умывала, одевала, кормила и водила гулять на улицу. Но вдруг, она стала меня опять укладывать спать днём! Тут я начинала капризничать. И она совсем не знала, что делать? Она брала меня на руки, покачивала и напевала «Волчка», а я уже знала этого «Волчка». Что делать? На тёте Мане была одета кофточка, вытканная из тончайшей шерсти, как ситчик, зеленого цвета. Я вдруг заметила, что тонкие ниточки зеленой шерсти на солнышке переливаются всеми цветами. Я осторожно ноготком пальчика старалась зацепить ниточку и засыпала.

Помню,  когда тётя Маня одевала меня после сна, я бралась за боковые части штанишек -делала галифе и убежденно говорила, что я буду «военным» или «летчиком»! Через какое-то время у меня появилась няня Женя, а тётя Маня поступила на работу,  на меховую фабрику красильщицей меха и работала до пенсии.

Фабрика меховая, где работала Мария Осиповна, с самого начала войны перешла на военный заказ – готовила овчину для пошива шуб, тулупов красноармейцам. Поэтому на фабрику поступало много необработанной овчины. Кто-то заметил, что на овчинной мездре остаются кусочки мякоти и жира. И в час привоза все, кто только мог освободиться на полчаса – час торопились к шкурам и тщательно соскабливали заготовленными ножичками остатки съестного на шкурках. Было самое голодное время войны. А у рабочих, в их семьях был «пир». Наваристые щи из заквашенных зелёных листьев капусты, бутерброды с бараньим жиром, каша с бараньими шкварками! Продлилось это не долго, но все мы получили шанс на выживание. Мы долго вспоминали это время!

Мария Осиповна была бережлива, скромна в одежде до предела.

Вспоминала и до слез грустила, когда слышала по радио хор Пятницкого с народными песнями. Любила смотреть спортивные передачи, когда диктор начинал критиковать спортсмена – возмущалась – «сам бы попробовал!». Когда нужно и можно было учиться, она должна была трудиться на семью. Грамоты она не знала, не читала и не писала. Получая зарплату – ставила  крестик. В начальной школе я очень хотела научить  тётю Маню читать, писать и правильно говорить. Её простой говор я принимала за неумение говорить.  Был такой случай. Я слышала, что желая сказать что-то о директоре, она произносила «дилектор».  Я предложила ей повторить за мной по слогам «ди-рек-тор». Она повторила и добавила «Ну, дилектор», я так и говорю.

Потом, когда не стало моего отца, а мама с разбега, вышла замуж из-за боязни одиночества,  у меня появилось два брата – 1937г. и 1941г., тетя Маня нас очень жалела и всячески помогала нам выжить.

Мария Осиповна была очень добра и всех прощала.

65-Семья захаровыхТамара рассказывала, что родилась в Измайлово в 1932году и в нестоящее время живет на Московском проспекте, где её семья занимает маленькую 16 м комнату в двухэтажном доме. Вместе с ней проживают её мама Анна Осиповна, тётя Мария Краснова и два младших брата Володя и Толик. Отец Иван Васильевич Захаров умер очень рано в 1936 году.
Родословная Тамары очень интересная.
Дедушка Осип Ильич Краснов и бабушка Феодосия Николаевна жили в деревне Бренёво Лотошинского района Московской области. поженились 1888 году. Они вырастили и воспитали восьмерых детей: шестерых мальчиков и двух девочек – Григорий (старший), Мария, Герасим, Платон, Иван, Пётр, Андрей и Анна. Семья была очень дружная. Они жили по тем временам в достатке. Много работали, вели натуральное хозяйство. В хозяйстве были две лошади, коровы и другая живность. Все были крестьянами и все работали на земле и обеспечивали себя дарами земли. Выделенную землю полностью обрабатывали всей семьёй. Для собственного потребления, в основном сажали корнеплоды: картофель, свёклу, морковь, из зерновых сеяли рожь, пшеницу, горох, а также лён. Из льна сами пряли и ткали полотно для одежды, а излишки льна продавали. В деревне семью Красновых уважали, поэтому после революции, при образовании колхозов и раскулачивании зажиточных крестьян, многодетную семью Красновых не тронули.

В 1916 году Феодосии Николаевны не стало, и дедушка остался один с детьми, судьба которых в дальнейшем сложилась по разному.
Григорий Осипович, с женой Натальей Егоровной, уехал работать на железнодорожный транспорт в Москву. В поселке Никольское Московской области он построил собственный дом. У них родилось двое сыновей. Старший сын Александр погиб на фронте во время финской войны, а младший, Николай после службы в армии вернулся домой и после женитьбы остался жить с родителями. У Николая и его жены Зинаиды родилось двое детей Борис и Тамара. В 50-х годах Григорий Осипович серьёзно заболел, и его скоро не стало. Наталья Егоровна продолжала жить в Никольском и вести домашнее хозяйство. Мы часто к ним ездили, поскольку их семья была очень гостеприимная.

Герасим Осипович женился на Елизавете, у них родился сын Николай и они уехали жить в Москву. В Москве Герасим занялся разведением цветов в государственных оранжереях.
Платон Осипович холостым был призван в царскую армию и погиб в первую мировую войну.

Иван Осипович женился на Евдокии, и уехал в Подольск, откуда в 1938 году с двумя дочками переехал в Москву. В начале Великой Отечественной Войны Иван Осипович был призван в Красную Армию и погиб на фронте.
Трагически сложилась жизнь у Петра Осиповича. Петр, женился на Прасковье Сергеевне, и их семья осталась жить с отцом в деревне Бренево. У них было трое детей: Василий (1931 г.), Нина (1935 г.) и Сашенька (1939 г.). Работал Петр бригадиром в колхозе. В1940 году Осип Ильич умер. Когда началась Великая Отечественная Война Петра Осиповича, как и многих колхозников пожилого возраста от призыва в армию задержали для уборки урожая. После уборки урожая Петра, как и многих крестьян, призвали в ополчение для защиты Москвы от фашистов. Долго про него ничего не было известно. На запросы отвечали “пропал без вести”.  Только спустя 65 лет удалось выяснить, что он попал в плен к немцам 5 октября 1941 года и был в концлагере “штадлаг-XI-D (321)”, Насколько тяжело ему было в концлагере можно сделать заключение, глядя на фото его лагерной таблицы №21758. Сколько времени он пробыл в лагере, и в каких ужасных условиях там содержали пленных можно только догадываться. Но видно, что он худой, больной, изможденный. По данным лагерной таблицы Краснов Петр Осипович погиб в плену 20 декабря 1941 года, без указания причин смерти. Место захоронения Оербке.
Осенью 1941 года немцы подошли к деревне Бренево Лотошинского района Московской области. За деревню Бренево шли ожесточённые бои. Деревня не раз переходила из рук в руки. В конце ноября немцы оккупировали деревню Бренево и жестоко расправились с её жителями. Спасаясь от оккупантов, жители из деревни бежали в лес. Были сильные морозы. Когда дедушку смертельно ранили, он не сумел спрятать ни себя, ни маленького Сашу, и они оба замерзли. После разгрома фашистов в Великую Отечественную войну и освобождения Московской области в деревне Бренево на братской могиле был установлен мемориал всем погибшим воинам.

Памятный мемориал на захоронении воинов у деревне Бренево

Памятный мемориал на захоронении воинов у деревне Бренево

Андрей Осипович женился на Анне Петровне Соловьёвой усыновил её сына Александра Соловьёва и переехали жить в Москву в Измайлово. С первых дней войны Андрей Осипович был призван в армию, участвовал в боях, был ранен в правую руку и был демобилизован. В начале войны сыну Александру тоже пришлось защищать Родину. Он служил при штабе Багромяна, был ранен в ногу и после её ампутации был демобилизован
Жизнь Анны Осиповны, дочери Осипа Ильича, также сложилась тяжело. Анна Осиповна, мама Тамары в 1924 году уехала в Москву и по рекомендации знакомых нанялась работать няней. Семья Флёровых, куда она нанялась, была высокообразованной. Хозяин был известный инженер химик был ею очень доволен за честность, исполнительность, доброту и жизнерадостность. Семья Флёровых считали её, чуть ли не родной. Она многому у них научилась, стала городской барышней “из хорошей семьи”.

Через некоторое время Анна Осиповна поехала на свою Родину в Бренево. Там она встретилась со своей старой любовью Иваном Васильевичем Захарчевым. К этому времени Иван Васильевич поменял свою фамилию на Захаров.(Фото Анна Осиповна с Иваном Васильевичем перед свадьбой). Они поженились в 1929 году и некоторое время жили в в соседней деревне Гаврилово в доме родителей мужа.

Вскоре Иван Васильевич уехал работать в Москву. Жилья своего в Москве у молодых не было, и брат Анны Осиповны, Андрей предложил им временно обустраиваться у него в Измайлово, где он жил со своей семьей. Андрей предложил им для жилья небольшую кладовку – комнатку в одноэтажном деревянном доме, где жил сам на берегу речки Северянки. Здесь в 1932 году родилась Тамара. Вскоре Иван Васильевич совместно с братом Николаем из кладовки сделали небольшую пристройку к дому. Утеплили и оштукатурили её. Место, где стоял дом, было низкое, болотистое и было много всяких комаров, в том числе и малярийных.
Весной речка сильно разливалась и полностью затопляла это жильё. Вскоре отец заболел малярией, а ошибочно его лечили от тифа, и через четыре дня его не стало.
Анна Осиповна осталась одна с четырёхлетней дочкой.

Мария Осиповна Краснова до войны жила с отцом и семьёй брата – Петра. Она была очень трудолюбива: пахала, сеяла и убирала лен и выполняла самую тяжелую хозяйственную работу. В 1934 году она уехала из деревни Бренёво в Москву к младшей сестре Анне Осиповне Захаровой – помочь посидеть с маленькой племянницей Тамарой. (Фото Мария Осиповна Краснова) с маленькой Тамарой  В 1937 году, когда Тамаре исполнилось 5 лет и Мария пошла работать на меховую фабрику.
Мама тяжело переживала утрату и очень страдала от одиночества.Знакомые советовали быстрее выйти замуж. Она нравилась Галлиулу Зарипову и вскоре дала  согласия, и они поженились. В 1937 году у них родился сын Володя. В 1940 году Тамара пошла, учиться в первый класс во вновь отстроенную школу №646 в Измаильском парке, где удалось проучиться только один год. В 1941 году началась Великая Отечественная война. Немцы оккупировали Московскую область, и подошли к Москве. Школу заняли под госпиталь. Школьники Москвы этот учебный год пропустили. В 1942 году обучение проводилось в других зданиях Измаильского парка.
В ноябре 1941г. Галлиулу Зарипова, мужа Анны Осиповны, также призвали в армию на защиту Москвы. 17 ноября 1941 года у мамы родился другой сын Анатолий. Перед отправкой на фронт Галлиулу Зарипов, отец Анатолия, сумел вырваться домой, повидаться с новорождённым сыном. С фронта Зарипов уже не вернулся. Он погиб под Москвой 27 января 1942 года.
Жизнь в военные годы была тяжелая, не хватало продуктов, одежды, обуви.

Мать и тетушка работали, как и все москвичи, неограниченное время, а тут ещё маленькие ребята. Тамаре приходилось следить за маленькими братьями, кормить их, развлекать играми и чтением книг, а также готовить еду и поддерживать чистоту в доме. В прежней школе (Фото Толи и Володя) Тамаре удалось продолжать учёбу только в 1944 году, после разгрома немцев под Москвой и полного освобождения от фашистских войск Московской области. Летом 1945 года Тамара работала на торфоразработках в том же Измаильского парка. После окончания семилетки поступила работать на авиационный завод. Там же стала работать и Анна Осиповна. Учиться по вечерам пришлось в школе рабочей молодежи.
Постепенно без хозяина стала разваливаться пристройка к дому, где жила семья Анны Осиповны, и в 1946 году районные власти были вынуждены предоставить им одну комнату 17 кв. метров на втором этаже двухэтажного деревянного старинного дома на Московском проспекте. Удобства, кроме света и баллонного газа, как говорится все во дворе. В этой комнате жили все вместе: Анна Осиповна Захарова, тётя, Мария Осиповна Краснова и два брата, Володя и Толя и Тамара. Во время учебы в

летние месяцы Тамара иногда ездила в Бренево и Гаврилово, а в 1946 году в свои 19 лет в Москву приехала дальше учиться Нина Васильевна сестра родного отца Тамары Ивана Васильевича Захарова.( Фото Тамара и Нина Васильевна). Тамара и Нина стали большими друзьями.mashin028
Много позднее, когда меня перевели работать из Алабушево в Москву в Управление Начальника связи ВМФ на Б. Козловский переулок, где также работала в типографии ГШ ВМФ Тамара мы стали видеться и встречаться чаще. Я понял, что Тамара очень любила Измаильский парк и могла с упоением рассказывать его историю. Позднее я сам убедился в красоте этого района Москвы. С районом Измаильского парка меня связывало очень многое: там жили мои родственники семья Сосниных – тётушка, Клавдия Матвеевна, моя крестная, её муж Николай Васильевич, мои двоюродные брат Валентин и сестра Люся.
Чтобы лучше представить, что такое Измаильский парк надо знать его историю.

Подробно о нем можно ознакомиться в статье “Измаильский парк надо любить”на сайте http://guardmic.ru/?page_id=3341

 

 

Written on Июнь 23rd, 2020 , Новости

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

Вы можете использовать это HTMLтеги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>

Гвардия ВПК is proudly powered by WordPress and the Theme Adventure by Eric Schwarz
Entries (RSS) and Comments (RSS).

Гвардия ВПК

Гвардия ВПК – это образ жизни